Поведенческая ошибка масштаба ФРС. Откуда взялась цель в 2%?

В своих статьях и подкастах, как вы знаете, я очень люблю разбирать различные поведенческие ошибки, которые мы все совершаем как инвесторы, но ведь похожие ошибки совершают и группы людей, работающие в крупных организациях. ФРС, казначейства, центробанки, корпорации и другие институты слишком часто создают те же поведенческие ошибки, которые мы видим у отдельных людей. В конце концов, крупные институты по сути представляют собой совокупность отдельных лиц в иерархической структуре, действующих от имени своих владельцев, покровителей и избирателей.

Разница между индивидуальными ошибками и институциональными заключается в масштабе. Когда Конгресс США допускает ошибку, вся страна может столкнуться с финансовым кризисом, а когда серьёзно ошибается ФРС, по известным причинам может вырасти безработица или выйти из-под контроля инфляция во всём мире. Последствия институциональных ошибок гораздо хуже, чем обычные просчёты, жертвами которых становимся мы все.

Вчера в Джексон-Хоуле состоялась первая речь председателя ФРС Кевина Уорша в качестве его председателя. Думаю, что больше всего трейдеров впечатлила не его речь об ИИ, а фраза: "ФРС должна быть скромной и никогда не быть наивной".

Да, все инвесторы хотели бы видеть более скромную ФРС, меньше уверенности в их убеждениях, меньше прогнозов, меньшую зависимость от опросов и инфляционных ожиданий и ещё меньшую зависимость от их убеждения в том, что они являются доминирующим игроком, влияющим на цены. Их модели, хотя часто и полезны, также могут быть ошибочными. Хуже того, мы видим мало свидетельств этой скромности в целевом показателе инфляции ФРС в 2%.

Опять же вчерашний Уорш: "Целевой показатель ФРС по обеспечению стабильности цен в 2%, измеряемый индексом потребительских расходов (PCE), является твёрдой, фиксированной целью". Но откуда вообще взялась эта цифра в 2%?

История целевого показателя инфляции в 2% - это аномалия, которая восходит к мимолетному политическому замечанию министра финансов Роджера Дугласа на новозеландском телевидении в марте 1988 г, в котором он заявил, что хочет снизить инфляцию до "примерно 0-2 процента". Так объяснял эту цифру бывший вице-председатель ФРС Роджер Фергюсон.

Действительно, диапазон 0–2% был создан и кодифицирован Законом о резервных банках 1989 г. Он был принят Канадой в 1991 г, Великобританией в 1992 г, Швецией, Австралией и Финляндией в 1993 г, ЕЦБ в 1998 г и, наконец, ФРС на заседании FOMC в июле 1996 г. Затем 25.01.2012 тогдашний председатель ФРС Бернанке официально утвердил его уже после того как закидал кризис "вертолётными" долларами.

Никаких доказательств в пользу 2% не существует. В научной литературе мало что указывает на то, что целевой показатель инфляции в 2% является чем-то иным, кроме произвольного числа. Я избавлю вас от утомительного изучения множества статей и вместо этого укажу на опрос 600 экономистов: более половины из них сохранили бы текущий целевой показатель в 2%, ссылаясь на "издержки доверия" при изменении целевого показателя, а не на то, какой целевой показатель является оптимальным.

Это классическое институциональное поведение: отказ исправить ошибку по соображениям репутации или доверия. По сути, это просто эгоизм, преобладающий над содержанием. После крупнейшей за более чем столетие пандемии в США последовал крупнейший после Второй мировой войны пакет мер фискального стимулирования. Это изменило всё: нарушились цепочки поставок, изменились потребительские привычки и подорвалась инфляция. В свете масштабных изменений режима можно было бы предположить, что Фед адаптируется к новым условиям, однако им это не удалось…

Все успешные трейдеры знают, что самая дешёвая ошибка - первая, и её нужно немедленно исправить. Удвоение ставки, отказ исправить неудачную сделку, игнорирование изменившихся условий - всё это рецепты дорогостоящих провалов.

Целевой показатель инфляции в 2% - это случайная аномалия, политическая импровизация Новой Зеландии примерно 1988 г. Превращение его в общепринятую денежно-кредитную политику - классическая форма институциональной ошибки, и чем скорее эта ошибка будет исправлена, тем лучше будет для мировой экономики.

Все мы страдаем от когнитивных ошибок в суждениях, ведь это неизбежный аспект человеческой природы, но если мы лучше поймём, как и почему возникают эти ошибки, у нас появится шанс их исправить. Для общества было бы чрезвычайно полезно, если бы крупнейшие, наиболее влиятельные и важнейшие финансовые институты смогли сделать то же самое. Удачи!!!