вторник, 3 сентября 2013 г.

Интересно о Пелевине.

В основе пелевинской картины мира лежит тезис о мерзости Вселенной. Для философской и религиозной литературы разговор о несовершенстве бренного мира — обычное дело. Но для литературы художественной — большая редкость. В большинстве обычных литературных сюжетов к самому миру претензий нет ни у автора, ни у героев, но что-то портит идиллию: проблемы создал сюжетный враг, трагические обстоятельства, либо сам герой. Если проблемы удастся решить, герои обретут заслуженное счастье, поскольку счастье — это всего лишь отсутствие несчастий в изначально благом мире.

У Пелевина — не так. Счастье в мире стратегически недостижимо по причине порочности мироустройства на самом базовом уровне. Сама жизнь — зло и причина страдания. Выход у пелевинского героя лишь один — побег из нашего мира в Условную Реку Абсолютной Любви, которая есть в каждом произведении, хотя всякий раз названа по-разному.

Есть и второй вариант: извлечь максимум личного комфорта, оставаясь в рамках реальности. А именно — устроиться на службу к силам зла, чтобы обрести в нашем Аду должность смотрящего.

Удивительно, но любая книга Пелевина всегда соответствует одному из этих двух сюжетов — это либо метабуддизм («побег из Ада жизни»), либо реже — метасатанизм («сотрудничество с Правящим Злом»). Обе эти сюжетные конструкции Пелевин открыл для себя практически в двух своих первых рассказах: в 1990 он пишет «Затворник и Шестипалый», в 1991 — «Проблема Верволка в средней полосе». С той поры, что бы крупного ни писал Пелевин, своим двум сюжетам он не изменял никогда.
Полностью здесь.

Комментариев нет:

Отправить комментарий

AI помогает S&P 500 пробивать исторические максимумы. Hawkins Inc.($HWKN)-химия скучна, но очень прибыльна.

Фондовый рынок в понедельник закрылся на очередном историческом максимуме, и вчера рост продолжился. Этот рынок впечатляюще устойчив, особен...